Об Артеке Артековские байки Библиотечка Пресс-обзор Журнал «АРТЕК» Гостевая
Комиксы Фотоальбом Наши расследования Наши коллекции Форум Чат

«АРТЕК»
(Фотоальбом 1940 г., часть 12-я)

Часть 01-я ,    - 02-я ,    - 03-я ,    - 04-я ,    - 05-я ,    - 06-я ,    - 07-я ,    - 08-я ,    - 09-я ,   
Часть 10-я ,    - 11-я ,    - 12-я,    - 13-я,    - 14-я ,    - 15-я ,    - 16-я ,    - 17-я ,    - 18-я.   

 Книга Артек - 1940 г.

Пушкин на берегу моря. С картины И. Репина и И. Айвазовского.

Артек


                По пушкинским тропам



аши ребята знают и любят Пушкина. Их интересует все, что связано с великим поэтом, всякая деталь его жизни. И вот, приезжая в Артек, они узнают, что по этим самым тропинкам, где они бегают, гулял когда-то Пушкин, проезжал через грот, лазил по тем же скалам, так же, как они, любовался морским прибоем. О чем он думал тогда? Какие образы вставали перед его умственным взором? Какие песни слагала здесь его муза?
        Из лекции „Пушкин в Крыму" пионеры узнают много интересного о том, как по соседству с тем местом, где теперь раскинулся веселый пионерский лагерь, жил их любимый поэт.
        Высланный под предлогом перемены службы из Петербурга Пушкин в 1824 г. оказался на Северном Кавказе; отсюда по приглашению своих друзей Раевских он переезжает в Крым.
       В стихах и письмах Пушкина того времени ярко отражается величественная природа Крыма. В первую же ночь в Крыму, в безлунную звездную ночь на Черном море, при переезде из Керчи в Феодосию, Пушкин вспоминает всю горечь своей жизни:

                                           „И все, чем я страдал, и все, что сердцу мило,
                                               Желаний и надежд томительный обман..."

       И один настойчивый, как прибой волн, припев ко всем его воспоминаниям прошлого:

                                               „Шуми, шуми, послушное ветрило,
                                               Волнуйся подо мной, угрюмый океан..."

       Слова эти перекликаются со словами другого великана человечества — Горького:

                                               „Буря! Пусть сильнее грянет буря!"

       Пушкин почти не спал эту первую ночь в Крыму. „ Перед светом я заснул, — пишет он другу своему Дельвигу. — Между тем корабль остановился в виду Юрзуфа. Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы сияли; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам; тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ними; справа огромный Аю-Даг и кругом это синее, чистое небо и светлое море и бисон и воздух полуденный". Это горячее чувство восхищения Крымом долго жило в сердце Пушкина. Через десять лет в „Странствии Онегина" он восторженно писал о Гурзуфе:

                                               „Прекрасны вы, брега Тавриды,
                                               Когда вас видишь с корабля.
                                               При блеске утренней Киприды,
                                               Как вас впервой увидел я..."

 Книга Артек - 1940 г.

Экскурсанты в Пушкинском музее.

       В Гурзуфе в нелепом ришельевском „замке" жила в то время семья Раевского. В нижнем этаже „замка" поселился Пушкин. Крым как бы создан для успокоения и отдыха. Пушкин пишет Дельвигу: „В Юрзуфе жил я сиднем, купался в море, объедался виноградом; я тотчас привык к полуденной природе и наслаждался ею со всем равнодушием и беспечностью неаполитанского lazzaroni. Я любил, проснувшись ночью, слушать шум моря — и заслушивался целые часы. В двух шагах от дома рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и привязался к нему чувством, похожим на чувство дружбы".
       Как всегда, Пушкин и здесь не переставал работать. Он писал поэму „Кавказский пленник", вместе с Николаем Раевским учился английскому языку по стихам и поэмам Байрона и часами сидел у скал возле моря, наслаждаясь плеском волн.

 Книга Артек - 1940 г.

Рисунок Тимы Васильева к стихотворению Пушкина „Вновь я посетил".

       С тех пор прошло сто с лишним лет. Мечта Пушкина - „Увижу ли народ освобожденный!" — стала действительностью нашей страны. Крым переменился. Он уже не частная собственность потемкинских птенцов, князей, графов, а достояние всего советского народа. Перекоп — место разлуки Пушкина с Раевским — стал историческим памятником героических боев Красной армии с Врангелем, ришельевский „Юрзуф"—местом для отдыха честных тружеников, а у подножья Аю-Дага в Артеке, в прекрасном парке, перекликаясь с морем, шумит новое племя, о котором так мечтал и которое с такой бодростью и уверенностью в мрачные десятилетия приветствовал великий поэт:

                                               „Здравствуй, племя младое, незнакомое!"

       Наша жизнерадостная детвора полной грудью вдыхает аромат моря и гор, вместе с Пушкиным по-новому воспевает красу природы, оплодотворенную великим творческим трудом страны социализма.
       Здесь, в Крыму, в местах, овеянных воспоминаниями о великом поэте, счастливые ребята сталинской эпохи с особенным чувством повторяют стихи своего любимого поэта. Его глубокие мысля о природе, о жизни, о любви к народу возбуждают в юных сердцах еще большую любовь к нашей социалистической родине и стремление к творческому радостному труду.
       Вот почему так дороги артековцам и пушкинский кипарис, и скала, где он сидел над морем, и пушкинская беседка, и тропы, по которым он „бродил уединенный".
        В Гурзуфе Пушкин прожил три недели. Надо было уже возвращаться на „место службы", вернее в ссылку к Инзову, которого в это время из Екатеринослава (нынешнего Днепропетровска) перевели в Бессарабию, в Кишинев.
       В сентябре вдвоем с генералом Раевским Пушкин выехал из Гурзуфа в Ялту, в Алупку, Кикенеиз, а из Кикенеиза по „Чортовой лестнице" поднялся на Яйлу.
       „По горной лестнице взобрались мы пешком, держа за хвост татарских лошадей наших. Это забавляло меня чрезвычайно и казалось каким-то таинственным, восточным обрядом. Мы переехали горы, и первый предмет, поразивший меня, была береза, северная береза! Сердце мое сжалось. Я начал уже тосковать о милом полудне, хотя все еще находился в Тавриде, все еще видел тополи и виноградные лозы".
       По Яйле Пушкин с Раевским проехали к Георгиевскому монастырю, а оттуда в Бахчисарай, куда в это время другой дорогой проехали из Гурзуфа все Раевские.
       У Перекопа он простился с Раевскими, и один, грустный, поехал в Бессарабию. 24 сентября он был уже в Кишиневе и писал брату: „Суди, был ли я счастлив: свободная, беспечная жизнь в кругу милого семейства, жизнь, которую я так люблю и которой никогда не наслаждался, счастливое полуденное небо: прелестный край; природа, удовлетворяющая воображение: горы, сады, море; друг мой, любимая моя надежда—-увидеть опять полуденный берег и семейство Раевских... Теперь я один в пустынной для меня Молдавии..."
       „Полуденный берег" Пушкину так и не пришлось больше увидеть, но он глубоко вошел в его душу. Пушкин долго вспоминал о нем.
       Свой „Бахчисарайский фонтан" он заканчивает все той же тоской по Тавриде, которую высказал впервые в „Желании".

                                               „Поклонник муз, поклонник мира,
                                               Забыв и славу, и любовь,
                                               О, скоро вас увижу вновь,
                                               Брега веселые Салгира!
                                               Приду на склон приморских гор,
                                               Воспоминаний тайных полный,
                                               И вновь таврические волны
                                               Обрадуют мой хладный взор.
                                               Волшебный край, очей отрада!
                                               Все живо там: холмы, леса,
                                               Янтарь и яхонт винограда,
                                               Долин приютная краса,
                                               И струй и тополей прохлада;
                                               Все чувство путника манит,
                                               Когда в час утра безмятежный,
                                               В горах дорогою прибрежной,
                                               Привычный конь его бежит,
                                               И зеленеющая влага
                                               Пред ним и блещет и шумит
                                               Вокруг утесов Аю-Дага..."

 Книга Артек - 1940 г.

Конференция читателей журнала „Дружные ребята". Пионеры обсуждают статьи, рассказы и стихи, помещенные в журнале, с тем, чтобы послать в редакцию свои отзывы и предложения.

РАБОТА С КНИГОЙ

        Оживленно и весело проходят дни в лагере, но среди разнообразных игр, походов и веселья ребята не забывают своих лучших друзей — книги. Почитать книгу, поделиться с товарищами, поговорить о судьбе героя в большом дружном коллективе это тоже имеет свою прелесть.
       В каждом лагере Артека своя библиотека и читальня. И всегда они полны ребячьего народа. Пионеры приходят сюда не только взять книгу, посмотреть новинки, справиться, получен ли ожидаемый номер журнала, но и для того, чтобы поработать с книгой. Из любителей книги составляется библиотечный актив.
       Активисты организуют выставки, проводят конференции, на которых обсуждается та или иная книга.
        Иногда разгораются горячие дискуссии, в которые втягиваются все отряды лагеря, очень интересны выставки иллюстраций к любимым книгам, сделанные ребятами. Так, например, была организована большая выставка детских иллюстраций к сказкам Пушкина. В ней приняли участие и октябрята, и все пионеры от мала до велика.

Книга Артек - 1940 г.

В читальне.

Книга Артек - 1940 г.

Ваня Патрушов. Иллюстрация к повести Горького "Детство".

Книга Артек - 1940 г.

Рисунок Шуры Клименко к книге Неверова «Ташкент — город Хлебный».

Книга Артек - 1940 г.

Рисунок Хайретдинова Гиндуллы к книге Н. Островского «Как закалялась сталь».

ЧАСТЬ 13-я: «ДЕТСКАЯ ТЕХНИЧЕСКАЯ СТАНЦИЯ»>>>




Книга почЕтных гостей "Артека"
Бесплатные гостевые книги. Бесплатный форум.

Фотографии Артека от Виктора Лушникова Бесплатные гостевые книги. Бесплатный форум.

лагерь Зеркальный